МАЛЬЧИШКА, НЕ УСПЕВШИЙ ПОВЗРОСЛЕТЬ...

ИСТОРИЯ МОЕГО ГОРОДА / АВТОРСКИЙ ПРОЕКТ Ахмета ГАЗДИЕВА

Военная летопись нефтяной столицы Ингушетии сохранила для нас имена тысяч и тысяч отважных воинов, которые в суровом 1942 году пали смертью храбрых на сопках Терского хребта. Эти сопки, покорившиеся однажды людям, основавшим здесь город, навсегда остались неприступными для немецко-фашистских захватчиков. Тщетными оказались отчаянные усилия фашистов завладеть драгоценной кавказской нефтью. Малгобек не отдал врагу ключи от подземных кладовых. Его цветущие улицы превратились в руины, но ничто не могло сломить дух защитников города.
Малгобекская оборонительная операция Северной группы войск Закавказского фронта, ставшая ярчайшей страницей битвы за Кавказ, повергла вспять мощную фашистскую армаду и вдохновила защитников нашей Родины на новые ратные свершения. А еще она явила всей стране мужество и отвагу простых малгобекчан, которые в суровый час решительно встали на защиту родного города. Среди тех героев, презревших опасность и бросивших вызов смерти, были и совсем еще дети. Одним из них стал бесстрашный разведчик Володя Мордвинов, погибший 15 октября 1942 года при выполнении боевого задания…
НА МАЛГОБЕКСКИХ СОПКАХ
В ТРИДЦАТЫХ годах прошлого столетия о Малгобеке узнала вся страна. Найденные в этих местах богатейшие залежи «черного золота» позвали сюда первопроходцев знаменитой Малгобекской нефти со всех концов страны. Самые именитые нефтяники СССР откликнулись на брошенный клич и потянулись в далекий край, чтобы организовать добычу и построить нефтяной город на диких сопках Терского хребта. Это были годы, наполненные романтикой героического и самоотверженного труда. В короткие сроки добыча нефти на Малгобекском месторождении выросла до рекордных отметок, и свои первые очертания стал обретать будущий город. Строились школы, больницы, дома культуры, жилье для горожан.
Среди первостроителей Малгобека были люди разных национальностей. Профессиональный долг привел сюда и электротехника нефтяных промыслов Федора Васильевича Мордвинова. Долгое время он жил в рабочем общежитии, лишь изредка навещая свою семью, оставшуюся на Старых Промыслах города Грозного. Забот у Мордвинова и его товарищей было невпроворот. На тридцать километров раскинулись по Терскому хребту новые нефтяные вышки. И всюду надо было поспеть, везде требовались крепкие и надежные руки.
Привычный к труду, Федор Васильевич на трудности не жаловался. А когда у него появилась возможность перевезти в Малгобек свою семью, он и вовсе словно крылья обрел. И со стороны казалось, что в маленьком неприметном домике на Шестом участке, расположенном как раз напротив семилетней школы №5, навсегда поселилось счастье. Каждый вечер Федора Васильевича с нетерпением дожидались здесь жена Надежда Андреевна, сыновья Саня, Володя, Витя и отзывавшийся радостным гуканьем совсем еще маленький Толик.
Мальчишки, едва дождавшись окончания ужина, сыпали многочисленными вопросами. И отец, уставший, но счастливый, охотно рассказывал им, как прошел день, что успели сделать сегодня нефтяники Малгобека, выполняя задание Родины. Потом наступал черед мальчишек поделиться с отцом накопившимися за день новостями. Они наперебой спешили рассказать о своих школьных делах и новых открытиях – осваивая день за днем необычайно красивые просторы Терского хребта, мальчишки увлеченно открывали для себя невиданный прежде мир. На Старых Промыслах им не доводилось видеть расстилающегося вокруг бескрайнего изумрудного моря разнотравья, которое так безраздельно властвовало здесь, питая воздух неповторимыми ароматами и хрустальной свежестью. Тут, казалось, взберись на ближайшую сопку, вставшую сразу за полосками огородов, и дотянешься рукой до высокого голубого неба, пронизанного солнечными лучами, бьющими через край набежавшего облачка.
Федора Васильевича радовала эта восторженная любознательность сыновей, присущая в таком возрасте всем детям. И он словно возвращался в свое детство, проведенное в бедной казачьей семье, вспоминал собственные тихие радости детской поры. Сыновья с удивлением узнавали, какую целебную силу таят в себе цветы, сорванные ими для матери в поле, от каких хворей спасают они человека, как живительны силы окружающей их природы. И, наверное, бесконечно длились бы эти беседы, если бы в урочный час Надежда Андреевна не отправляла в постель маленьких непосед.
Гас свет в окошках домов рабочего участка. Завтра нефтяников ждал новый трудовой день. В ночи сияли гирляндами огней лишь безостановочно работающие нефтяные вышки…
ОТЦОВСКАЯ ПРАВДА
ГЛЯДЯ на подрастающих сыновей, Федор Васильевич нередко задумывался о том, какое будущее их ждет. Самому-то ему вдоволь пришлось испытать жизненной горечи, познать и нужду, и смертельную опасность. В детстве недоедал частенько, а став взрослым едва уцелел под свистом пуль. Как раз на самую юность Мордвинова пришлась гражданская война, докатившаяся своими кровавыми жерновами до Северного Кавказа. Оставив соху и крестьянское поле, где он вместе с отцом сеял хлеб, Федор взял в руки оружие и выступил на защиту молодой власти Советов, которая обещала трудовому люду лучшую долю. Довелось ему участвовать в Стодневных боях в Грозном, в подавлении бичераховского мятежа, в сражениях с деникинцами.
Храбр был молодой казак и находчив в бою, словно всю жизнь до этого не крестьянским трудом жил, а в рати доблестной пребывал. Теперь же, когда давно миновали те опасные дни, рассказывал он сыновьям своим о пережитом и увиденном в боях. О закаленных в битвах людских характерах рассказывал, о подвигах своих товарищей по оружию, о кавалерийской сотне, в составе которой находился.
Больше всех донимал отца просьбами рассказать о войне Володя. В мальчишеских сердцах всегда живет страстное желание совершить нечто героическое. И слушая отца, Володя наверняка примерял на себя ярко оживающие в его детском воображении события и ситуации. Один из таких рассказов Федора Васильевича о гражданской войне запечатлел в книге «Повесть о Володе Мордвинове» Т.Е.Омельчук:
« — Часть наших войск осталась в Грозном, а другая – усиленная захваченным оружием – ноябрьскими днями преследовала бичераховцев. Так мы освободили от белой нечисти территорию от Грозного до Владикавказа и там присоединились к местному гарнизону. Во Владикавказе пришлось видеть Серго Орджоникидзе и Гапура Ахриева, который командовал ингушскими войсками. Наступила зима. Мы выезжали в степь на кавалерийские занятия. Там я познакомился и подружился с лихим наездником – Петровым Мишей. Бесстрашный парень был! Всего на год старше меня.
Недолго мы пользовались передышкой. В конце января пошли слухи, что со стороны Прохладной идут на нас хорошо вооруженные, отборные деникинские банды.
— Это уже пошел 1919 год? – спросил Володя.
— Да!.. Узнали мы, что они хотят обойти Владикавказ с востока, через Ингушетию, и отрезать нас от Грозного. Оставили мы город и выступили навстречу. С нами вышли курсанты Владикавказского пехотного училища и ингушские войска. Заняли оборону под селением Долаково. Окопались. К нам пришло много добровольцев из близлежащих селений. А в это время уже шли бои с передовыми частями белых около селений Сагопши, Пседах, Кескем. Их встретили отряды ингушей из этих селений.
— Это здесь вот?.. – возбужденно уточнял Володя. – Под этим Пседахом? В Алханчуртской долине?..
— Да! Под этим самым.
— Там, наверное, до сих пор валяются патроны? – ни к кому не обращаясь, сказал Витя.
— По всей нашей великой Родине оставила следы гражданская война. Их до сих пор можно видеть на земле. Но есть другие глубокие следы: в сердцах матерей, вдов, сирот. Никто их не видит. Кто их носит – не выставляет напоказ.
— Я думал, что война была где-то далеко, как в сказке. А она… вот тут… даже не верится…, — опять Витя.
— Восьмого февраля началось сражение под Долаково. Утром наши наблюдатели заметили разъезд деникинцев. Он показался из-за бугра и быстро исчез. Спустя некоторое время оттуда же зарябила цепь, за ней – другая. Мчались конники. Белые полагали с ходу атаковать и разбить нас, рассчитывали на нашу неорганизованность, непрочность, на несогласие между русскими и ингушами. Но просчитались. Мы встретили их таким мощным огнем из всех видов оружия, что они вскоре повернули обратно. Ждать недолго пришлось. Оставив лошадей в укрытии, деникинцы пешим строем опять пошли в атаку. И на этот раз безуспешно. Тогда они начали обстреливать нашу оборону из артиллерии. Несколько снарядов разорвалось в ауле. Вспыхнули пожары …Храбрости ингушей можно было завидовать. Были случаи, когда, израсходовав патроны, боец выскакивал из окопа и с обнаженным кинжалом бежал навстречу врагу, но вскоре падал, сраженный пулей. Ряды оборонявшихся редели. На смену погибшим из селения выходили их братья, отцы, жены, девушки, подростки. Они занимали место в обороне или перевязывали раненых, подносили патроны, пищу, воду. Храбро сражались курсанты и почти все погибли. Один за другим умирали кавалеристы. Ингуши, ведя бой из крайних саклей, объятых пламенем, сгорали в огне, но не покидали своих позиций. Мой друг, Петров Миша, будто играл со смертью в прятки, перебегал от окопа к окопу с ручным пулеметом, иногда кричал мне: «Держись, Федя!» И как целая рота, то тут, то там строчил его пулемет, уничтожая наседавших врагов. Три дня продолжался бой. Когда иссякли боеприпасы, горсточка израненных, но сильных духом красных воинов ночью оставила Долаково»…
В простых и правдивых отцовских словах, отражавших героическую историю родного края, живые герои войны, ныне занятые мирным трудом и строительством любимого города, ничем не отличались от героев книг Аркадия Гайдара, так полюбившихся Володе. В отцовской жизненной правде рождался и выкристаллизовывался характер этого мальчишки, которому однажды было суждено шагнуть в бессмертие. Основательность отца, его твердость данному слову, глубокая порядочность и душевная щедрость исподволь, незаметно передавались сыновьям…
ЖИВАЯ ПАМЯТЬ О ГЕРОЕ
О ПОДВИГЕ пионера-героя Володи Мордвинова знают все, кто вырос на Малгобекской земле, до сих пор хранящей отметины Великой Отечественной войны. Из детства возвращаются и ко мне такие поэтические строки:
Терновые ветви бесстрашно раздвинув,
Уходит в разведку Володя Мордвинов.
Счастливое детство уже за спиною,
И некуда деться –фашисты стеною…
В советские годы многие школьные пионерские отряды Малгобека и всей бывшей Чечено-Ингушетии боролись за право носить имя юного разведчика. А моим однокашникам выпала честь ухаживать за могилой героя. Так называлось место, где погиб Володя Мордвинов. От нашей средней школы № 9 сюда рукой подать.
Место гибели пионера-героя обнесено решетчатой оградой, за которой высится простой памятник, сваренный из металлических труб рукой опытного сварщика. Его венчает пятиконечная звезда, обрамленная лавровыми ветвями, а наплавленные металлом буквы сообщают: «Погиб за Родину разведчик-партизан В.Ф.Мордвинов. 15.Х-42. Г.р.1927».
Каждый год 9 мая, в День Великой Победы, стояли здесь в почетном карауле лучшие пионеры нашей школы, салютуя проезжающим мимо автомобилям, водители которых в ответ жали на клаксоны, отдавая дань уважения маленькому герою большой
войны. Хотя и остались далеко позади те пионерские факельные шествия, становившиеся апофеозом майских торжеств, но и сегодня могила Володи Мордвинова ухожена. Присматривают за ней нынешние мальчишки и девчонки, которые сегодня сидят за школьными партами. Новое поколение Ингушетии не позабыло о подвиге юного разведчика, помнит о героях Малгобекской оборонительной операции, насмерть стоявших на этих высотах…
Упомянутая мной выше «Повесть о Володе Мордвинове» вышла в Чечено-Ингушском издательстве «Книга» в 1990 году. Ее автор Трофим Ефимович Омельчук был учителем и до войны преподавал в Малгобеке в начальных классах. Великая Отечественная война заставила его оставить любимое дело. В составе 317-й стрелковой дивизии, которая была сформирована в Грозном, он принимал участие в освобождении Северного Кавказа, Украины, Венгрии, Австрии и Чехословакии, а после разгрома фашистской Германии отправился на Забайкальский фронт. На его груди теснились ордена Красной Звезды и Отечественной войны второй степени, а также многочисленные медали. С окончанием ратной службы он вернулся в школу. Позже заочно окончил пединститут и преподавал ребятам географию. Три десятка лет проработал он в Малгобеке. И все эти годы он не переставал заниматься творчеством. Стихи и проза Трофима Омельчука выходили во фронтовых газетах и в малгобекской районке.
Работая над «Повестью о Володе Мордвинове», Т.Е.Омельчук встречался со многими людьми. Своими воспоминаниями о герое с ним делились младший Володи Виктор Федорович Мордвинов, сестра бабушки Анастасия Герасимовна Попова, младшая сестра матери Евдокия Андреевна Шиманова, друг отца Федор Львович Колесников, провожавший юного разведчика на последнее задание, и другие. Много интересного о Володе рассказали его школьные товарищи Владимир Васильевич Есин, Мария Ивановна Ракова, а также его друг Николай Григорьевич Кресников, который был рядом с ним в момент гибели.
Эта книга в тонкой обложке давно стала библиографической редкостью. Единственный экземпляр «Повести…» я нашел недавно в фондах центральной библиотеки города Малгобека. Библиотекари бережно хранят ее, выставляя в читальном зале. А с фотографии, размещенной в экспозиции Малгобекского музея боевой и трудовой славы, пытливо смотрит на нас оставшийся вечно юным герой. О Володе Мордвинове рассказывают посетителям экскурсоводы музея-мемориала…
ГОРОД, ОБЪЯТЫЙ ОГНЕМ
ОСЕНЬЮ 1942 года жесточайшая битва развернулась на ближних подступах к Малгобеку. Враг сосредоточил на этом направлении крупные силы и был готов к решающему прорыву, когда вдруг неожиданно столкнулся с отчаянным сопротивлением бойцов Закавказского фронта. Защитники города нефтяников проявляли беспримерное мужество и ценой героических усилий сдерживали все наседавшего врага. Фашистская победная поступь по священной земле седого Кавказа остановилась. Лучшие сыны этой земли и всей огромной страны вступили в смертельную схватку с захватчиками.
Нефтяники Малгобека до последнего трудились на своих промыслах, снабжая фронт горючим. Вместе с Федором Васильевичем Мордвиновым работал здесь сутки напролет его старший сын Александр. Младшие дети вместе с матерью были эвакуированы в Грозный. Там Володя поступил на курсы ФЗО, чтобы как можно скорее получить направление на фронт трудовой и помогать в этот суровый час сражающейся с врагом Родине.
Беда неотвратимо приближалась. И тогда рабочие малгобекских промыслов получили сверху приказ немедленно уничтожить все нефтяные скважины, чтобы ни капли кавказской нефти не оказалось в бензобаках фашистских танков, рвущихся к сердцу Кавказа. Нефтяные вышки Терского хребта содрогнулись и пали, как солдаты, до конца выполнившие свой долг. В устья скважин полился бетон, намертво запирая подземные кладовые. Выполнив последний приказ трудового фронта, нефтяники Малгобека вышли на огневые рубежи. Федор Васильевич ушел в партизаны, а Саша оказался в солдатских окопах.
Тем временем в относительно спокойном Грозном Володя не находил себе места. Курсы ФЗО закрылись, и оставаться здесь он больше не хотел. Сердце звало его в Малгобек, где были отец и старший брат, где земля и небо полыхали сейчас в беспощадном пламени войны. И вскоре он твердо сказал матери, что возвращается в станицу Вознесенскую, будет искать отца и Сашу. Надежда Андреевна поняла, что отговаривать сына бесполезно. И Володя, наказав младшим Вите и Толику слушаться мать, отправился в дорогу.
В станицу Вознесенскую, а точнее в примкнувший к ней вплотную новый рабочий поселок, семья Мордвиновых перебралась незадолго до начала
войны. Федору Васильевичу, работавшему на Вознесенском участке, дали тут квартиру и теперь ему не приходилось добираться на работу за два десятка километров. Правда, покидали Мордвиновы Шестой участок с сожалением. Особенно переезд не радовал детей. Грустно было расставаться с друзьями. Не раз отправляясь дружной ватагой в дальние экспедиции по Терскому хребту, они давно изучили всю округу. Незаметно для себя мальчишки сроднились с этими местами, прикипели к ним душой, знали здесь каждую тропинку и лощину, каждую высоту успели покорить. Все захватывало дух: и буйство окружающей природы, и то, как на их глазах строился родной город!
Сейчас этот город полыхал в огне. Добравшись до Вознесенской, Володя с тревогой смотрел на запад, где под грохотом раскаленного металла стонала земля, и зарево пожарищ металось в небе. Фашисты предпринимали один штурм за другим. Центральная часть города уже больше десяти раз переходила из рук в руки. Как найти в этом пекле отца и брата? Живы ли они?
На следующий день в одном из окопов бойцы с удивлением глядели на невесть откуда свалившегося мальчишку. Они отправили Володю назад, в прифронтовую Вознесенскую, но он не оставил попыток найти своих. Вскоре удача улыбнулась ему. Он все-таки отыскал Сашку! Старший брат в пропавшей порохом гимнастерке показался Володе сильно повзрослевшим за это короткое время их расставания. Он рассказал, что отец вместе с другими нефтяниками сейчас находится в партизанском отряде, штаб у них на Бадаловских кошарах под Вознесенской… Встреча братьев была короткой. Война вновь разлучила их. Теперь уже навсегда.
ОПАСНЫМИ ТРОПАМИ ВОЙНЫ
6 ОКТЯБРЯ 1942 года фашисты захватили большую часть Малгобека. Еще два дня после этого линия обороны проходила через 36-й участок. Горели автогараж и рабочий поселок, лишь пепелище осталось на месте школы №9. Защитники города вгрызались в истерзанную малгобекскую землю, сражаясь за каждую ее пядь. Но 9 октября, когда оказались на исходе боеприпасы, под массированным огнем противника они были вынуждены отступить к промысловому железнодорожному узлу Бековичи. Следом враг стремительно захватил кирпичный завод. Нацистская пропаганда уже вовсю трубила о грандиозной победе в решающем сражении за кавказскую нефть. Фашистам оставалось лишь овладеть последним рубежом Малгобека...
Но город не пал. И этот его рубеж стал гибельным для захватчиков, наткнувшихся на вспыхнувшее с новой силой сопротивление. Наступление врага вновь захлебнулось.
Советское командование не сомневалось, что направление очередного удара будет прежним – по Терскому хребту, а не с севера, со стороны оккупированного Моздока. Было жизненно необходимо предупредить этот удар, потому как на новом плацдарме защитники Малгобека закрепиться еще не успели. Для успешного выполнения этой задачи требовались точные данные о местах скопления техники и живой силы противника. Но кто мог проникнуть в захваченный центр города? Любой появившийся там человек немедленно вызовет подозрения и будет схвачен… И тогда армейская разведка вспомнила о мальчишке, беспрепятственно появлявшемся в солдатских окопах. Кто он, этот смельчак?
Найти Володю Мордвинова не составило труда. Для юного разведчика, знающего Малгобек, как свои пять пальцев, придумали легенду, и он с готовностью отправился на свое первое боевое задание. Володя вернулся назад с ценнейшими разведданными. Командованию стало известно расположение фашистских складов с боеприпасами и горючим, а также где сосредотачиваются танки противника, пехота и оборудованы огневые точки. Ночной налет советской авиации и заговорившие «катюши» застали врага врасплох.
Володя вернулся на Бадаловские кошары. Федор Васильевич, уже три дня не видевший сына, наконец, мог вздохнуть легко. Через несколько дней партизанскому отряду предстояло выступать в Пседахский лес, где еще в период вторжения фашистов на Кавказ, была заблаговременно обустроена партизанская база. Отважный мальчишка получил новое задание – доставить подпольному комитету в Малгобек газетные вырезки со сводками «Совинформбюро». Подпольщики собирались их растиражировать и распространить на оккупированной территории. Вместе с Володей в захваченный город отправился на этот раз его друг Коля Кресников.
Ребята вышли в опасный путь ночью. Двигались осторожно. И вот уже позади осталась передовая. Незамеченными преодолев фашистские окопы, мальчишки должны были дождаться утра, чтобы продолжить свой путь при дневном свете, не вызывая никаких подозрений.
Однако едва забрезживший рассвет принес беду… Ушедший вперед Володя неожиданно наткнулся на немецкого часового, и короткую тишину холодного октябрьского утра вспорола резкая автоматная очередь…
«На рассвете 15 октября 1942 года оборвалась жизнь Володи Мордвинова, — писал в эпилоге к своей книге Трофим Омельчук. – Оборвались мечты и думы его… Неподвижно припал в придорожной пыли к матери-Родине…
Как и прежде взошло октябрьское солнце. Но для Володи его уже не было, как и не было всего вокруг – забот, тревог.
Он приник к земле у дороги и остался лежать, как и сотни тех солдат, что, защищая Родину, стояли насмерть и устлали своими телами высоту у кирпичного завода, что погибли у Мотькина переезда, что серели бугорками по всему Малгобеку.
Над ним, как и над всеми героями, не раз вставало и садилось солнце; не раз усыпали звезды ночное бархатное небо, и Большая Медведица отмеряла время; не раз катились волнами, как неисчислимые отары овец, серые туманы; горько плакали бесконечные осенние дожди; шелестели тихо пушистые снегопады; рыдали в безутешном горе метели и вьюги, плотно укрывая белым саваном от людских глаз останки героев и его останки…
В новогодние дни грозная сила Советской державы вымела из Малгобека фашистскую нечисть и погнала ее на запад, беспощадно карая…
В начале марта в Малгобек прибыло воинское подразделение и приступило к разминированию полей и сбору снарядов и гранат. Одновременно жители города вышли с подводами на захоронение останков павших воинов. Одних свозили в братские могилы, других хоронили в их же окопах. Так вся высота, что у кирпичного завода, стала большой братской могилой. В ней покоятся более 760 наших защитников.
Останки Володи Мордвинова привезли в центр города и с воинскими почестями под оружейный салют похоронили в братской могиле на площади имени В.Чкалова…»
В старом Малгобеке уже давно нет площади Чкалова. Оползневые процессы уничтожили ее. Но Вечный огонь не погас. Горожане перенесли братскую могилу в центр нового города, заложенного у самого подножия Терского хребта. Бронзовый солдат, оберегающий покой малгобекчан, геройски павших в борьбе с фашизмом, навсегда застыл в городском сквере памяти и славы.
Родина посмертно наградила Володю Мордвинова медалью «За оборону Кавказа». Эта награда, оплаченная жизнью мальчишки, долгое время выставлялась в Чечено-Ингушском краеведческом музее. В День пионерии, 19 мая 1979 года, в Грозном, в сквере перед республиканским Дворцом пионеров, был торжественно открыт памятник юному разведчику. Скульптура не уцелела в период боевых действий на территории Чеченской Республики.
Людская память, как случалось такое не раз, на поверку оказалась куда прочнее камня. В ней образ четырнадцатилетнего героя Великой
Отечественной войны обрел настоящее бессмертие. В этой памяти живет и поныне Володя Мордвинов — мальчишка, не успевший повзрослеть.
Ахмет ГАЗДИЕВ.
На снимке: юный разведчик Володя Мордвинов.
Фото предоставлено автору директором Малгобекского музея-мемориала боевой и трудовой славы Заурбеком Албогачиевым

Популярные сообщения из этого блога

ЯРКИЕ КРАСКИ БАЛКАРСКОЙ СВАДЬБЫ

НЕФТЯНОЙ МАЛГОБЕК: МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

ЭТО НАШИ ГОРЫ!