вторник, 27 мая 2014 г.

ПАРЕНЬ, КОТОРЫЙ ТВОРИТ И МНОЖИТ ДОБРО

С этим необыкновенным парнем из Владикавказа я познакомился недавно в Грозном на встрече участников интернационального клуба «Кунаки». Алану Татарову 33 года, он руководитель североосетинской общественной поисковой организации «Харон». Волонтеры этой организации занимаются поиском воинских захоронений времен Великой Отечественной войны и восстанавливают, казалось бы, навсегда канувшие в небытие имена героев военного лихолетья. 

ВОЗРОЖДАЯ ТРАДИЦИИ КУНАЧЕСТВА
 
В ТОТ воскресный день в клубе «Кунаки» было много интересных гостей. Я встретил тут коллегу из Дагестана Мадину Гаджимаеву, с которой когда-то свели меня журналистские пути-дороги на встрече пишущей братии в Махачкале, познакомился с народным артистом РСФСР Мусой Дудаевым и с известной оперной певицей Любовью Барахоевой, с тележурналистом Залиной Лакаевой, рассказавшей на Первом канале нашумевшую историю о чеченской женщине, прикрывшей собой от пуль русского солдата, и многими другими интересными людьми.
 Клуб «Кунаки», эту уникальную площадку для общения представителей разных национальностей, создал чеченский бизнесмен и меценат Юни Успанов, решивший таким образом внести свой вклад в возрождение на Кавказе традиций куначества. Проект Ю.Успанова оказался востребованным, успешным и сразу показал, что людям нужны такие встречи, несущие позитив и искренний интерес друг к другу.
Житель Северной Осетии, Юни Успанов является одним из руководителей большой чеченской диаспоры, проживающей в этой республике. Он активно участвует в общественной жизни Северной Осетии и Чеченской Республики, много делает для сближения народов Северного Кавказа.
- Было время, когда мы, кавказцы, оказались разобщенными в силу различных обстоятельств, - сказал Юни Успанов в эксклюзивном интервью «Сердало». – Пора сегодня вспомнить наши древние братские связи и возрождать былые традиции, веками объединявшие нас.
Несмотря на обилие ярких людей и звезд, выходивших к микрофону в тот день, выступление Алана Татарова привлекло к себе особый интерес. Он вовсе не пытался блистать красноречием, а скромно, и даже немного смущаясь всеобщего внимания, стал перечислять имена павших на полях Великой Отечественной войны чеченцев и ингушей, которые стали известны совсем недавно в результате поисковой деятельности «Харона».
Алан произвел на меня неизгладимое впечатление, и решив продолжить знакомство, я договорился с ним о встрече во Владикавказе. Через какое-то время эта встреча состоялась. 

ЖИЗНЕННЫЙ ВЫБОР АЛАНА ТАТАРОВА 

В ПОИСКОВОМ движении Алан Татаров впервые оказался в сентябре 2002 года, когда произошла Кармадонская трагедия, вызванная сходом гигантского ледника Колка. В результате этой страшной трагедии погибли 19 человек, а еще 106 человек, в том числе съемочная группа режиссера С.Бодрова-младшего, пропали без вести. Около года на месте трагедии продолжались поисковые работы. Многочисленные спасатели и добровольцы, среди которых по зову души оказался и Алан, предпринимали попытки найти погребенных под толщей льда людей. Но все эти попытки оказались тщетными…С тех пор прошло немало лет. Сегодня Алана Татарова и возглавляемую им поисковую организацию «Харон» знают далеко за пределами Северной Осетии. Помимо военной археологии и поисковой деятельности, связанной с установлением имен неизвестных героев Великой Отечественной войны, Алан занимается также поиском без вести пропавших во время осетино-ингушского конфликта, работая в тесном контакте с ингушскими общественниками.

Дело, которым занимается Алан, а по сути, его жизненный выбор, принесло ему известность и на Северном Кавказе, и в России в целом. Достаточно сказать, что среди его многочисленных наград и регалий есть сегодня и звание «Почетный гражданин Нижнего Новгорода». Этого высокого звания удостоил Алана в прошлом году вице-губернатор Нижегородской области Сергей Потапов, отметив таким образом усилия осетинского поисковика, благодаря которым были найдены, опознаны и перезахоронены три уроженца этого региона, считавшиеся ранее пропавшими без вести на Великой Отечественной войне.
Между тем, предваряя все мои вопросы, свой рассказ Алан Татаров начал с семейной истории:
- У моей бабушки было семь сестер и один брат – Генрих Цалихов, он в последующем работал в Генеральной прокуратуре Таджикистана. В юности, когда в наших краях установилась советская власть, он украл ингушскую девушку из фамилии Гойговых. Молодым пришлось бежать из этих мест. Так они и оказались в Средней Азии… 

«МЕРТВЫЕ СРАМУ НЕ ИМУТ» 

КОГДА-ТО князь Киевский Святослав Игоревич обратился с такими словами к своим бесстрашным воинам перед сражением с византийской армией, которая превосходила их почти в три раза. Воины Святослава одержали победу. Но с тех пор эти слова сохраняют для нас свой смысл: потомки никогда и ни в чем не смогут упрекнуть погибших на поле брани, потому что они сделали все, что могли - достойно сражались с врагом и свою смерть тоже встретили достойно, с оружием в руках.

- Для меня нет среди погибших на полях Великой Отечественной войны своих и чужих, - говорит Алан Татаров, повторяя приведенные выше слова выдающегося древнерусского полководца. – И пусть будет символично, что я, осетин, занимаюсь сегодня поиском ингушских героев.
Примерно пять лет назад я и мои друзья и единомышленники из Нижнего Новгорода впервые столкнулись с данными об ингушах и чеченцах. Нижегородский поисковый отряд «Курган» нашел под Санкт-Петербургом захоронение 17-ти солдат. Среди них оказался один чеченец. Потом мы читали в донесениях НКВД, как на фронте оказался четырнадцатилетний ингушский мальчишка, воспользовавшийся документами старшего брата и сбежавший из дома, чтобы воевать с врагом…
Не секрет, что долгие годы участие чеченцев и ингушей в Великой Отечественной войне всеми силами старались замалчивать. И я всегда недоумевал, почему так мало в военной истории материала, связанного с этими народами. Ведь всем известно их героическое участие в Первой мировой войне. У меня есть текст телеграммы царя с благодарностью ингушскому и чеченскому народу за храбрых сынов, покрывших себя неувядаемой славой на полях сражений.
Так что же могло измениться в народе? Оказывается, ничего не изменилось. Нашлось много свидетельств мужества ингушей и чеченцев, которые верой и правдой служили своему Отечеству. Вот, к примеру, над Харьковом в годы Великой Отечественной войны водружали знамя два чеченца и два ингуша из Сунженского района. Кто знал об этом факте?
Где-то около года мы уже вплотную занимаемся сбором информации. Много важных документов находим в архивах сопредельных стран, бывших советских республик, а также в Бундесархиве Германии. Это очень кропотливая, но интересная работа. В ее процессе всплывают потрясающие факты. Для примера приведу хотя бы один из них. Перед началом операции по взятию Берлина советское командование пыталось заполучить данные об укрепрайонах противника. Несколько разведгрупп, отправленных за «языком», с задания не вернулись - они были схвачены фашистами и уничтожены. «Языка» в результате привел ингуш, отправленный в разведку вместе с двумя русскими. При этом пленник оказался высоких чинов и обладал ценнейшими сведениями. Однако свою заслуженную награду тот ингуш не получил, как не получил ее и молодой чеченский летчик, пошедший на таран вражеской артиллерии. В документах указана причина: «Ввиду происхождения»…
Ингуши и чеченцы с честью выполняли свой воинский долг, и мы нашли, повторюсь, немало тому свидетельств. Есть, кстати, и свидетельство генерала Исы Плиева о том, что успешный исход знаменитой операции, которой он руководил, решили два ингуша, координировавшие действия его подразделения и подразделения, находившегося в окружении врага.
Находясь по разные стороны, они переговаривались по рации на ингушском языке, и противник, осуществлявший радиоперехват, оказался в полном замешательстве относительно действий советского командования. 

ВО ИМЯ МИРА НА НАШЕЙ ЗЕМЛЕ 

ДО ПОЯВЛЕНИЯ «Харона» на Северном Кавказе, как говорит Алан Татаров, не было подобной поисковой организации. Прежде Алану не раз пришлось испытать чувство неловкости, когда друзья, живущие в других регионах России, спрашивали его о том, почему на его малой Родине нет поисковых отрядов. И однажды Алан вернулся домой с твердым решением изменить ситуацию. Так родился на свет «Харон». Своему детищу А.Татаров дал имя героя древней мифологии. Так, если вы помните, звали перевозчика душ умерших через реку подземного царства до врат Аида. На своем челне Харон перевозил в царство мертвых только души тех, чей прах обрел покой в могиле.

- У нас на Кавказе всегда существовал культ воина, - говорит Алан. – Жив он и до сей поры. Мы самобытные народы с богатейшими воинскими традициями, которые берут свои истоки в древности. Кому как не нам необходимо по крупицам восстанавливать когда-то утраченное наследие, возвращать потомкам имена наших героев, оказавшихся в забвении?
В основном наша организация работает на территории Северного Кавказа, в частности, в Северной Осетии. Но мы идем на контакт с единомышленниками и из других республик - помогли, к примеру, создать поисковую организацию нашим коллегам из Кабардино-Балкарии. В то же самое время работаем в тесном взаимодействии с коллегами со всей России. Это взаимодействие приносит свои положительные плоды.
Надо отметить, что волонтеры «Харона» активно занимаются военной археологией. На их счету немало найденных солдатских захоронений. Большой объем работы проведен ими и по опознанию останков погибших защитников Родины.
Стараниями Алана Татарова на территории Северного Кавказа два года назад появилось и первое мемориальное кладбище советских солдат, где «Харон» проводит перезахоронение погибших. Находится это кладбище у мемориала «Эльхотовские ворота». На сегодняшний день вечный покой там нашли уже более трехсот воинов. Среди них и наши земляки, погибшие за пределами Кавказа, чьи останки были найдены поисковиками, работающими в других регионах страны. До того, как возникло это военное мемориальное кладбище, на Северном Кавказе существовали только четыре сборных кладбища - румынское, итальянское и два немецких.
В настоящее время Алан работает над созданием книги, в которую войдут обнаруженные им за долгие годы неустанного поиска материалы и документы, связанные с ингушами и чеченцами. Издать свой объемный труд и сделать его достоянием общественности он планирует до конца года.
- Я подарю эту книгу своим соседям, - говорит он. – И пусть это будет моим вкладом в нормализацию отношений между осетинским и ингушским народами. Мы не должны видеть друг в друге врагов и желать пролить кровь друг друга. Не за то сражались плечом к плечу и погибали на фронте наши старшие поколения. Они шли на смерть во имя мира на нашей земле.
Небольшую часть материала, который войдет в его будущую книгу, Алан Татаров представляет сегодня читателям «Сердало»:
Газалиев Абузаид,1904 г.р., артиллерист, найден в 2009 году в Псковской области, числился пропавшим без вести. Уроженец села Найберы  Гудермесского  райна.  Его  односельчане: младший лейтенант Хамурадов Махмуд убит 21 сентября 1943 года под Смоленском, 14 сентября 1943 года был награждён орденом Красной Звезды; Алиев Исмаил, 1924 г.р., сержант, награжден двумя орденами Красной Звезды и орденом Славы III степени, умер от ран в августе 1944 года; Алиев Ацу, пулеметчик, награжден медалью «За боевые заслуги», убит под Курском летом 1943 года. Родные думали, что он умер в тюрьме.
Албагачиев Али, рядовой, кавалерист, уроженец села Ангушт Пригородного района, награжден орденом Красной Звезды, убит 22 января 1943 года. 

«ОН ВЕРНЕТСЯ. ОН ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЕРНЕТСЯ…» 

ОСТАНКИ всех опознанных солдат Алан Татаров и его друзья из поисковой организации «Харон» отвозят на родину погибших и передают родственникам. Случилось ребятам в 2002 году отправиться с такой миссией в Воронежскую область. Оказалось, что мать солдата жива. Старенькая, согбенная жизнью женщина уже еле передвигалась, но каждое утро на протяжении семи последних лет она просила домочадцев перенести ее на табуретке к окну, да так и сидела целыми днями напролет, глядя на улицу, словно в ожидании чего-то…

А ждала мать своего сына!
Ждала так, как ждала и много лет до этого, сделав все свои домашние дела по возвращению с работы. Она ждала всю жизнь и, наконец, дождалась.
Потом старушка долго баюкала, прижимая к сердцу натруженными руками, небольшую коробку, в которой поместились останки ее кровинушки, а все вокруг не могли сдержать рыданий. И вдруг она потребовала принести ей таз с водой и обувь гостей, приехавших из Северной Осетии.
Несмотря на бурные протесты ребят, эта старая и немощная женщина стала мыть их обувь, сказав, что хочет, чтобы они навсегда запомнили ее благодарность...
В 2009 году в Псковской области был найден и опознан чеченский солдат Абузаид Газалиев. Его мать, она была ингушкой, не дожила до этого ровно год.
- Ее сыновья рассказывали нам, - вспоминает Алан, - что умирая, она попросила поставить ее кровать так, чтобы могла видеть в открытую дверь ворота дома. Домочадцы подумали, что она сошла с ума, но женщина долго просила их выполнить ее просьбу и плакала. И когда у нее спросили, зачем ей это нужно, мать сказала, что сейчас во двор, возможно, войдет ее пропавший на войне сын, но пока он будет идти к дому, она может умереть и не успеет обнять его. А так хотя бы увидит…
Всю свою жизнь она с горечью рассказывала трагическую историю о том, как не смогла увидеться с сыном, когда его часть перебрасывали из Баку. Он прислал ей весточку, что в такой-то день их эшелон прибудет на железнодорожную станцию Моздока. Женщина отправилась туда вместе со своей сестрой. Их приютили у себя осетинки, провожавшие на фронт сыновей, и они вместе выходили к каждому поезду, приходящему на станцию.
Мать бросалась к каждому вагону, крича имя своего сына. Так миновало несколько суток, пока им не сказали, что поезд, наверное, прошел другим путем... Женщина уехала домой, но спустя несколько дней снова вернулась на станцию. И тут она узнала, что сын все-таки был в Моздоке. Парень бегал по перрону и кричал ее имя. Те женщины-осетинки видели его и сказали ему, что мать долго ждала его. Они предлагали солдату переодеться и убежать домой перед отправкой на фронт. Но парень ответил, что не может бросить своих друзей, отправляющихся сражаться с врагом…
«Он вернется, обязательно вернется. Он же не увидел меня тогда…» - шептала перед смертью мать. 

СПЕШИТЕ ДЕЛАТЬ ДОБРО… 

АЛАН Татаров по образованию социолог и в сфере его интересов лежит конфликтология.

- Когда начинаешь изучать предпосылки осетино-ингушского конфликта, этой проклятой войны, рассорившей наши народы, - говорит он, - становится очевидным, что нас всех просто красиво подставили и столкнули друг с другом.
Напряженность между нашими народами была искусственно создана еще в 1944 году, когда ингуши были депортированы, а в их дома стали заселять осетин. Семью сестры моей бабушки насильно перевезли в Ингушетию. Ее с семерыми детьми посадили в грузовик и отвезли в ингушский дом. Давно хочу написать об этом. Ну какой, скажите, кавказец добровольно оставит свой собственный дом, чтобы поселиться в чужом? А это зачастую делалось даже путем подкупа – людям давали деньги, выделяли беспроцентные кредиты, чтобы подвигнуть их переселению.
Становится реально обидно, когда видишь, что кто-то целенаправленно пытается стравить два народа. Мы не должны идти на поводу у этих сил и воспитывать в ненависти друг к другу наших детей.
Насколько хрупок мир между нами, я понял во время Бесланских событий. И это великое счастье, что и среди ингушей, и среди осетин есть мудрые люди, которые могут вовремя остановить горячие головы…
Выступать сегодня за войну может только больной человек, напрочь лишенный рассудка. Я, к примеру, не хочу, чтобы мой сын рос без отца и сделаю все, что в моих силах, для того чтобы между осетинами и ингушами навсегда воцарилось согласие. Абсолютное большинство моих друзей тоже придерживаются таких взглядов.
Своим жизненным девизом Алан Татаров давно сделал знаменитые слова «Спешите делать добро», принадлежащие перу старшего врача московских тюремных больниц Фридриха Йозефа Гааза.
Искусный врач, Гааз приехал в царскую Россию из Германии и вскоре прославился как попечитель российских бедняков и арестантов. Чтобы помогать обездоленным, «святой доктор», как прозвали его заключенные, продал все свое немалое имущество и впоследствии умер в нищете.
На могильном камне Ф.Й.Гааза была высечена цитата «Спешите делать добро», взятая из его изданной посмертно книги.
- Можно построить небоскребы, случайно разбогатеть и добиться всех материальных благ, - говорит Алан. – Но я бы хотел, чтобы мой четырехлетний сын гордился в будущем мной по количеству совершенных отцом добрых поступков и дел.
Тут самое время сказать о том, что у маленького сынишки Алана Татарова сегодня появились пятеро старших братьев – поляк, грузин, осетин и двое русских. Этих детей Алан взял из детского дома, чтобы обогреть их сердца и подарить им детство, которое для него самого закончилось с уходом родителей очень рано…

Ахмет ГАЗДИЕВ

На снимке: Алан Татаров – руководитель поисковой организации «Харон» (Северная Осетия)

понедельник, 26 мая 2014 г.

ЗАБЫТЫЙ СОЛДАТ ОТЧИЗНЫ


Тысячи лучших сынов и дочерей Ингушетии встали на защиту Родины в годы Великой Отечественной войны. Мы по праву гордимся их бессмертными именами. Но многие наши герои до сей поры остаются неизвестными. Когда-то героическая военная история оболганного сталинщиной народа оказалась в одночасье перечеркнутой, и потому обреченные на забвенье имена возвращаются к нам лишь через долгие десятилетия…



ПИСЬМА С ФРОНТА

ОНИ БЫЛИ отправлены в никуда. Его последние фронтовые письма, написанные на коротких привалах, затеряются во времени и найдут своих адресатов много лет спустя. А он, не вернувшийся с войны солдат Исраил Горбаков, никогда не узнает, что сотворил Сталин с его родными и со всем ингушским народом. Пройдет целая эпоха, прежде чем семью Горбаковых найдут те весточки с передовой. Эта эпоха вместит в себя все ужасы депортации, трудное возвращение в родные места и годы изнурительной борьбы за выживание…
«Дорогой отец! – писал Исраил Горбаков в грозовые дни Великой Отечественной. - Первым долгом шлю Вам душевный привет, а также желаю Вам всего наилучшего на белом свете. Прошу передать от меня привет всем нашим.
Отец, сообщаю Вам, что в данное время я жив и здоров. Мой адрес сейчас -полевая почта 1769, часть 53.  Прошу вас, как получите это письмо, ответьте мне – что у нас нового, кто умер, кто находится в армии?
Напишите мне, как живет моя семья? Передайте Содо (жена И.Г. Горбакова - авт), чтобы дети во что бы то ни стало ходили в школу. Если я приеду домой, и дети не будут ходить в школу, я буду обижаться. Скажите Содо, чтобы при  первой же возможности она поскорее выслала мне фотокарточки детей.
Напишите, как живет Джабраил и его дети. Где он работает? Как живут Макшарип и его дети? (Джабраил и Макшарип – старшие братья И.Г.Горбакова - авт). На Макшарипа я был немного обижен, потому что когда меня отправляли, он не смог прийти ко мне попрощаться. Но это все ничего.
Жду ответа.
Исраил.
1 марта 1943 года».
Гиси Горбаков, отец солдата, никогда не прочтет эти строки. А у жителя города Малгобека Башира Горбакова - внука солдата Великой Отечественной войны Исраила Гисиевича Горбакова - сегодня четыре таких письма. Попали они к нему совсем недавно. Как попали - это уже совсем другая история история…
Все письма были адресованы на прежний адрес семьи: город Владикавказ, улица Гибисова, 34. Этот старый добротный дом, построенный когда-то прадедом Башира, владевшим табачной фабрикой, стоит до сей поры.
- Мой отец Алихан Исраилович Горбаков всю жизнь искал дедушку, – рассказывает Башир Горбаков. - Ему было всего восемь лет, когда он видел его в последний раз. Война навсегда разлучила их. Когда десять лет назад отца не стало, поиски продолжил я. 

ЛЕГЕНДАРНАЯ ДИВИЗИЯ

ВЕЛИКАЯ Отечественная война застала Исраила Гисиевича Горбакова вдали от Ингушетии. Еще в предвоенные годы судьба забросила его в Коми АССР, где он работал, нелегким трудом зарабатывая на хлеб насущный, а когда пришла грозная военная пора, отсюда же был призван в Красную Армию.
Встав в ряды защитников Отечества, дорогами войны Исраил Горбаков шагал в составе 158-й дважды Краснознаменной  ордена Суворова Лиозненско-Витебской  стрелковой дивизии. Это дивизия, участвовавшая в обороне Москвы, летом и осенью 1943 года вела кровопролитные бои на Витебском направлении. 10 октября бойцы этой легендарной дивизии штурмом взяли город Лиозно, превращенный немецко-фашистскими захватчиками в важнейший стратегический  плацдарм на подступах к Витебску.
За освобождение Лиозно дивизия была награждена орденом Красного Знамени, и ей было присвоено наименование «Лиозненская». Указом Президиума Верховного от 7 июля 1944 года «за боевые отличия, проявленные при освобождении областного центра Белоруссии города Витебска», соединение было удостоено ордена Красного Знамени.
Позже 158-я дважды Краснознаменная  ордена Суворова Лиозненско-Витебская  стрелковая дивизия прошла с боями Латвию и закончила свой славный ратный путь в Берлине, приняв участие в заключительном этапе Берлинской стратегической наступательной операции.
Исраилу Горбакову не довелось дойти до логова гитлеровского фашизма. Его последний бой произошел на белорусской земле. Четыре года назад эта священная земля, обильно политая кровью ее защитников, открыла имя отважного сына Ингушетии, бесследно пропавшего на войне…
Осенью 2010 года во время проведения полевых работ в деревне Угляж Витебской области местный житель Анатолий Адамович Богуш случайно обнаружил неизвестное ранее захоронение времен Великой Отечественной войны. На место находки немедленно выехала большая комиссия, в составе которой были поисковики, специалисты по военной археологии, представители органов власти. После проведения необходимых работ было установлено имя неизвестного солдата – Горбаков Израиль Шесеевич. Найденные при нем гвардейский значок, бритвенный прибор и офицерский ремень комиссия передала в Минск, в Белорусский архив воинов, погибших в Великой Отечественной войне. Останки солдата были перезахоронены на мемориальном воинском кладбище в деревне Вороны. На сегодняшний день здесь покоятся 7447 советских солдат и офицеров, погибших при освобождении Белорусии.

ПО СЛЕДАМ ГАЗЕТНОЙ ПУБЛИКАЦИИ

НЕТОЧНОСТИ с именем и отчеством Горбакова, павшего в бою под деревней Угляж, породили позже много неувязок. На запросы белорусских коллег в 2010 году ингушские поисковики ответили, что найденный солдат не имеет отношения к Ингушетии. За своего Горбакова приняли… в Израиле. Спустя какое-то время в первом томе «Книги памяти воинов-евреев, павших в боях с нацизмом, 1941-1945» появилась следующая запись: «ГОРБАКОВ Израиль Шесевич, 1899-1944. Урож.: Ачлучский р-он, Кожанчжево, Чечено-Ингушская а.о. Призв.: Кожвинский РВК, Коми АССР. Кр-ц, стрелок, 875 сп 158 Лиозненская сд. Погиб в бою. Захоронен: в р-не д.Угляж, Витебская обл. /ЦАМО, оп 18001, д. 250, л. 73/»
В марте нынешнего года эта история получила новое развитие. Сначала в газете «Сердало» появился материал Мадины Кодзоевой и Муслима Барахоева «Не забыть и не потерять». Мои коллеги писали о том, как уже много десятилетий родственники Исраила Горбакова тщетно пытаются найти хоть какую-то информацию о нем. Не прошло и двух недель после публикации этого материала, как вдруг неожиданно Баширу Горбакову, внуку погибшего солдата, позвонили из Москвы. Этот звонок не на шутку взволновал Башира, дав ему пусть пока и призрачную, но все же надежду. А вскоре в его распоряжении появилась ценная информация из Белоруссии и Израиля. После этого у него уже не оставалось никаких сомнений.
Родившееся у Башира Алихановича решение ехать в Белоруссию еще больше укрепило адресованное ему письмо, подписанное военным комиссаром Витебской области полковником И.Ф.Мартыновым:
«Ваше обращение, направленное в Витебский областной исполнительный комитет, поступило в военный комиссариат Витебской области и мной рассмотрено.
Сообщаю Вам, что Ваш дед Горбаков Израиль Шесеевич (так в списках) погиб 7 января 1944 года и был захоронен в д. Угляж Витебского района Витебской области. В послевоенное время останки советских воинов из этой деревни перезахоронены на воинском кладбище в д.Вороны того же района. Фамилия Горбакова И.Ш. внесена в республиканский автоматизированный банк данных «Воинские захоронения Республики Беларусь» и увековечена на мемориальной доске братской могилы».

ПРИКОСНОВЕНИЕ К ПАМЯТИ

НЕСКОЛЬКО недель назад Башир Горбаков вернулся из поездки в Белоруссию. В волнительной встрече с дедом, которого так долго не могли найти, его сопровождал сын Джабраил, студент одного из пятигорских вузов.
В белорусской деревне Вороново их встретили как дорогих гостей, окружили вниманием, теплом и заботой. Первым делом путь Башира и его сына лежал на мемориальное воинское кладбище. Здесь под номером 4391 находится сегодня захоронение Исраила Гисиевича Горбакова.
- Я не могу передать словами те эмоции, которые переполняли меня во время этой встречи с дедом, - говорит Башир Алиханович. – Ни разу в жизни я не чувствовал себя так, как в те памятные для меня мгновения и минуты. Нас везде сопровождали и поддерживали заместитель военного комиссара по ветеранам Великой Отечественной войны Витебского областного военкомата Эдуард Петрович Павлов, председатель Вороновского сельского исполнительного комитета Юрий Валентинович Осипов, директор Вороновской средней школы Геннадий Александрович Филиппенко и руководитель школьного музея Ирина Игоревна Кротова.  Они рассказывали нам о боевом пути дивизии, в которой служил мой дед, о тех кровопролитных боях, что происходили на белорусской земле в годы войны. Поведали они и о подробностях, связанных с установлением личности деда. Побывали мы в замечательном школьном музее боевой славы, созданном в Вороновской средней школе. Здесь активно работает детский поисковый клуб, проводится огромная работа по военно-патриотическому воспитанию подрастающего поколения. Встречи на белорусской земле оставили у нас неизгладимое впечатление…
За несколько дней своего пребывания в Белоруссии Башир Горбаков почувствовал настоящую кровную связь с этой землей, которую защищал его дед, познакомился со многими  замечательными людьми и обрел новых надежных друзей, контакты с которыми намерен поддерживать впредь.
В ходе своей поездки много времени провел Башир и в общении с белорусскими поисковиками. А когда зашла речь об ингушах и чеченцах - защитниках Брестской крепости, он с горечью узнал, что в Белоруссии основной материал о них почерпнут из немецких архивов. Российские архивы на запросы о воинах-вайнахах, как правило, никак не реагируют. Знать, не рассеялась до сих пор тень сталинизма, выброшенного на свалку истории …

Ахмет ГАЗДИЕВ


СВЯТАЯ К МУЗЫКЕ ЛЮБОВЬ…



В эти дни отмечает свой юбилей очень хороший и добрый человек, мой давний друг, известный ингушский композитор Фариза Шадыжева. Поздравления в ее адрес продолжают поступать не только со всех концов Северного Кавказа и России в целом, но и из-за рубежа. Сегодня творчество Фаризы Магомедовны, создающей неповторимые по своей мелодичности и тонкому лиризму музыкальные произведения, хорошо известно самому широкому кругу слушателей.

ФАРИЗА Шадыжева – заслуженный учитель Российской Федерации, председатель Союза композиторов Республики Ингушетия, член Союза композиторов России. Окружающих всегда подкупали в ней искренность и какая-то почти детская незащищенность. Ее приют, ее пристанище, ее опора в этом мире – творчество. Именно творчество помогало и помогает Фаризе Магомедовне преодолевать жизненные трудности, не сгибаться под ударами судьбы и, вопреки сомнениям завистников, восходить все к новым и новым победным вершинам. 
Жизнь подарила ей и верных друзей, готовых придти на помощь в трудную минуту. Это люди разных национальностей, которые, помимо всех других качеств, ценят в ней горячую любовь к собственному народу.
Музыка для Шадыжевой не только надежное прибежище в бушующем вокруг океана человеческих страстей, зачастую, кстати, таких пустых и мелких. В жизни Фаризы она занимает куда более заметное место. По сути два этих понятия - жизнь и музыка - неразделимы для нее с тех самых пор, когда она только начала осознавать себя…
Это неуловимое и загадочное свойство человеческой души, дарованное лишь избранным, позволяет ей сердцем слышать тончайшие нюансы лазурных сфер, чутко воспринимать всю полноту красок и гармоничность мироздания, созданного Всевышним и так бездумно расходуемого людьми… 
Проникая в музыку высоких сфер, пропуская через себя незамутненную обывательским равнодушием красоту и природное совершенство мира, Фариза охотно делится с окружающими собственным ощущением его соразмерности и величия. Написанная ею музыка словно стучится в сердца тех, кто еще не разучился радоваться хрустальной чистоте рассветов, кто душой истосковался по простору наполненных солнцем долин и свободе горного ветра, штурмующего устремленные к небу вершины. 
Вдохновение Фаризы Шадыжевой носит отпечаток чистоты и изящества. Любой профессионал, обладающий самым рафинированным вкусом, однажды услышав произведения, созданные Фаризой Магомедовной, без труда почувствует в них проявление таланта высшей пробы. Такой талант, как правило, не знает границ. Совсем не случайно самобытное дарование Ф. Шадыжевой нашло признание далеко за пределами России.
Фариза Магомедовна - первый профессиональный ингушский композитор. Ее творческий путь отнюдь не был усыпан розами. Но она никогда не гонит от себя воспоминания о прошлом. Да и возможно ли это? Слишком уж тесно переплелись в ее судьбе радости и разочарования, обретения и утраты. Ей одинаково хорошо знакомы сегодня и ощущение надежности, исходящее от настоящих людей, с которыми в разные годы сводила ее жизнь, и горечь от предательства тех, в ком не сумела она вовремя разглядеть душевную червоточину или слабость натуры, подточенной обыкновенной завистью. 
В тот день, когда она появилась на свет, ее отец на радостях купил сестрам гармонь. Инструмент еще, наверное, долго пылился бы где-нибудь в укромном месте, если бы уже в четыре годика свои права на него не предъявила Фариза. 
Взрослые были несказанно удивлены, когда однажды она вдруг заявила, что может сыграть им услышанную по радио песню очень популярной в те годы певицы Марьям Айдамировой. Конечно, никто Фаризе не поверил, ведь даже растянуть меха гармони такой малышке было не под силу. Однако она проявила настойчивость и не без помощи кого-то из взрослых извлекла из инструмента первые звуки - пусть и не очень уверенные, но все же укладывающиеся в знакомый наигрыш. 
Весть об удивительных способностях маленькой девочки быстро разлеталась по соседям и принесла ей первое признание в виде конфет и шоколадок. Но тогда никто не загадывал на будущее и не мог знать, что впереди у Фаризы будет музыкальная школа и свое собственное пианино - воистину царский подарок, сделанный дочери ее мамой Дарьей Аксентьевной. И кто мог предположить, насколько рано столкнется Фариза с первыми трудностями на пути к искусству. 
В Назрановскую музыкальную школу ее поначалу просто не приняли. Слишком уж немузыкальные у ребенка пальчики, объяснили педагоги родителям. С завистью провожая в священный для нее храм музыки свою лучшую подружку, жившую по соседству, Фариза станет потом подолгу простаивать под окном музыкальной школы и слушать адресованные не ей наставления учителя. 
Как-то в отсутствие педагога она пробралась в класс и, впервые сев за пианино, стала… играть! Увлеченная первым опытом, Фариза не заметила, как за ее спиной отворилась дверь и на пороге застыл учитель музыки, чьим словам она так часто внимала, стоя под окном музыкальной школы. Судьба девочки была предрешена на несколько лет вперед, в течение которых она стала вдохновенным фортепианистом. Правда, изучить все спецпредметы Фариза так и не успела. Преподаватели в музыкальной школе Назрани не задерживались, стараясь поскорее вырваться из захолустья глухой провинции, не обещавшего им никаких перспектив, поэтому и заниматься с одаренной девочкой было по сути некому… 
И все же после окончания средней школы Фариза решилась поступать в Грозненское музыкальное училище. Недостаточная подготовка сказалась на первом же экзамене в виде жирного "неуда" в экзаменационном листе. Когда Фариза позвонила домой и рассказала о своем провале, отец, видевший единственную дочь только врачом, облегченно вздохнул: "Ну, вот и хорошо. Возвращайся домой, будешь поступать в мединститут". 
Так бы оно, наверное, и произошло, не окажись рядом с Фаризой ее классный руководитель Дина Александровна Тутаева, приехавшая в Грозный для того, чтобы поддержать свою выпускницу. Видя огорчение девочки, она предложила пойти на отчаянный шаг - добиться приема у министра культуры Чечено-Ингушетии и обрисовать ему всю ситуацию. Но в переполненной приемной министерства Фариза окончательно сникла: секретарь сразу же предупредила их, что министр выезжает на важную встречу и очень ограничен во времени. 
Сквозь слезы Ф. Шадыжева едва успела прочитать латунные буквы на табличке: "Ваха Ахметович Татаев", когда дверь кабинета неожиданно распахнулась и в приемную решительно шагнул высокий широкоплечий мужчина. Окинув внимательным взглядом собравшихся, он почему-то остановил свой взор на Фаризе: "Зайдите вы …" 
С места в карьер поведав В.А. Татаеву о своих проблемах, Фариза в конце сумбурного и сбивчивого рассказа категорически потребовала: "Дайте мне хотя бы шанс!" Удивленный таким напором, министр улыбнулся и предложил зайти к нему еще раз. Уже на следующий день Фариза выходила из кабинета В.А. Татаева вместе с директором музыкального училища. Шанс, о котором она просила, был ей дан. И вскоре Шадыжева стала одной из лучших студенток фортепианного отделения.
Спустя год, Фариза вдруг ощутила в себе какую-то внутреннюю неудовлетворенность, сменившуюся страстной потребностью расширить собственные профессиональные горизонты. И в этом ей согласилась помочь Светлана Татаева, недавно вернувшаяся в грозненское музыкальное училище из Ленинграда, где блестяще окончила к тому времени знаменитую "Гнесинку". 
Каждый вечер после занятий в училище Фариза спешила в дом Татаевых, где Светлана Вахаевна занималась с ней по шесть часов кряду. И лишь полная концентрация и огромное усилие воли позволили ей справиться с такой нагрузкой, непосильной для любого другого человека. 
В 1975 году, успешно окончив училище, Ф. Шадыжева имела возможность выбирать будущее место работы из большого числа предложений, но предпочла вернуться в Назрань, в родную музыкальную школу. Случилось так, что через 8 лет ей пришлось, скрепя сердце, покинуть эти стены, с которыми она сроднилась всей душой. Но Фариза сумела найти себя в качестве учителя музыки одной из назрановских общеобразовательных школ. 
До самой своей кончины не забывал о решительной девушке из Назрани и бывший министр культуры ЧИАССР. Ваха Ахметович неоднократно предлагал ей продолжить обучение в консерватории, но, как говорится, не сложилось. 
В средней школе Фариза Магомедовна проработала в общей сложности 13 лет. За это время она успела с отличием окончить филологический факультет Чечено-Ингушского госуниверситета. "Формирование интересов к чечено-ингушскому фольклору на уроках эстетического цикла в школе" - тема ее дипломной работы. Ф. Шадыжева стала отличником народного образования, заслуженным учителем России. Созданная ею вокальная детская группа "Бабочки" не раз становилась дипломантом и призером различных республиканских и всероссийских конкурсов. В эти же годы Фариза занялась созданием собственной музыки, начала писать детские песни. 
Творчество Ф.М. Шадыжевой вызывает к себе неподдельный интерес со стороны профессионалов.
«Мы имеем дело с автором, творчество которого пронизано глубокой, искренней любовью к своему народу, - писала С.В. Татаева-Бенедиктова, член Союза композиторов России, старший преподаватель, заведующая отделом средне-специальной музыкальной школы-лицея Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова. -  Обращение Фаризы Шадыжевой к ингушским народным песням, танцам, инструментальным наигрышам далеко не случайно. Духовный мир композитора складывался под впечатлением своеобразного, самобытного вайнахского фольклора, который она впитывала в себя с детских лет. Национальные особенности музыкального мышления ингушского народа, выраженные в ладоинтонационной, мелодико-ритмической стороне, привлекают композитора и позволяют ей очень органично и естественно претворять их в своем творчестве, не теряя при этом собственной индивидуальности. Подкупает стремление Ф. Шадыжевой к яркой национальной определенности музыкального языка, к самобытному, индивидуальному облику своего искусства». 
Светлана Татаева-Бенедиктова особо отмечает, что знакомство с творчеством Фаризы Шадыжевой позволяет лишний раз убедиться в желании и умении композитора найти в народной ингушской музыке средства достижения свежести, оригинальности и выразительности собственного звучания. Так, в синтезе безусловной одаренности, профессионального умения и чуткого вслушивания в фольклор рождаются интересные для музыкального искусства России художественные произведения. Сборник обработок старинных ингушских и чеченских мелодий, а также авторских песен и мелодий для национальной гармоники и аккордеона "Вайнахская народная музыка" являются ярким примером бережного отношения Ф. Шадыжевой к проникновенным, глубинным пластам народного музыкального творчества.
Однажды, благодаря счастливому случаю, пересеклись творческие пути Фаризы Шадыжевой и Ацамаза Макоева, члена Союза композиторов России, председателя Союза композиторов Северной Осетии. Сотрудничество двух талантливых мастеров оказалось весьма плодотворным. Ацамаз Макоев стал первым профессионалом, который обратил внимание на симфоничность художественных изысканий своего ингушского коллеги. Единство и созвучность этих изысканий означали по сути рождение первой ингушской симфонии. Фариза с воодушевлением взялась за работу. Когда партитура "Ингушетии" была уже готова, Ацамаз Макоев предложил записать ее в Северной Осетии, где есть замечательный симфонический оркестр. Единственное условие было поставлено автору - большая премьера ее симфонии должна состояться на североосетинской сцене. Так в ингушском музыкальном искусстве произошло событие, сравнимое по своему значению разве что с появлением "Комаринской" Михаила Глинки, которая, как известно, положила начало невероятно мощному русскому симфонизму. 
Творческие контакты Фаризы Шадыжевой и Ацамаза Макоева не прерываются до сей поры. А в своей рецензии к сборникам ингушского коллеги А. Макоев писал: "Нынешнее возвращение к корням, к истокам народной музыки, современная ее обработка и использование всех существующих возможностей - от аудиозаписи до нотного издания - открывает необъятные просторы для творческой личности. Пример современного и своевременного подхода к проблеме развития национальной профессиональной музыкальной культуры - труд ингушского композитора "Вайнахская народная музыка", а также сборник авторских песен и мелодий для национальной гармоники и аккордеона. Первое, что сразу захватывает, - это разнообразная палитра чудесных мелодий, обработанных бережно и с удивительной любовью к тем, для кого и предназначен этот труд. Здесь представлены все формы - марш и вальс, лирика и патетика, озорные напевы и нежные песнопения, джигитовка и печальные героико-патриотические песни. Вся сфера человеческих чувств и переживаний отражены в сборнике Ф. Шадыжевой. Впечатляет профессионализм автора в выборе выразительных средств для передачи всей гаммы настроений через возможности национальной гармоники, так любимой и ингушским, и другими кавказскими народами. Существует исторический мост: фольклор, композитор - слушатель. Фаризе Шадыжевой, без сомнения, удастся привлечь к прекрасному ингушскому мелосу не только своих учеников, но и юных музыкантов далеко за пределами Ингушетии, которые после общения с этой замечательной музыкой, возможно, и сами захотят пойти по пути служения музыкальному искусству!»
«Пишите просто - это не так просто», - сказал как-то великий французский композитор Дж. Визе. За кажущейся простотой сочинений Фаризы Шадыжевой, отмечал председатель Союза композиторов Кабардино-Балкарии, член Союза композиторов России Б. Х. Темирканов, прослушиваются и просматриваются зерна, точно характеризующие музыкальный язык ингушского народа. Это те зерна, которые на ниве последующих сочинителей ингушской профессиональной музыки прорастут здоровым соцветием.
В творчестве Фаризы Магомедовны удачно сочетаются специфические, гармонические, мелодические и ритмические особенности народной музыки. Будучи первым ингушским профессиональным композитором, она выполняет нелегкую задачу первопроходца-изыскателя, композитора-интерпретатора, когда это касается народной музыки, и автора-новатора, когда речь идет о ее собственных сочинениях. И в том, и в другом случае произведения Ф. М. Шадыжевой - пример бережного и утонченного отношения к музыкальному материалу.
Титулованные коллеги отдают должное стремлению ингушского композитора к жанровому разнообразию своего творчества. Ф. Шадыжева пишет вокальную, фортепианную, инструментальную, симфоническую, оперную музыку, обрабатывает народные мелодии. Неустанные творческие поиски и яркие успехи год от года приносят Фаризе Магомедовне все большее признание и известность.

Ахмет ГАЗДИЕВ

пятница, 23 мая 2014 г.

"БУРАН ИНГУШСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ"


В родном селе народного писателя Ахмета Бокова на теплой и проникновенной ноте прошла встреча, посвященная его предстоящему 90-летнему юбилею. На мероприятие в Сагопши, которое состоялось в местной средней школе №19, приехали родственники именитого писателя, многочисленные почитатели его таланта, деятели культуры, представители органов власти и местного самоуправления.
О творчестве Ахмета Хамиевича, о его неоценимом вкладе в развитие ингушской национальной культуры и яркой общественной деятельности рассказывали в своих выступлениях учитель истории СОШ №19 К.Р.Боков, заместитель главы администрации города Малгобека С.Ш.Белхороев, учитель СОШ №20 города Малгобека В.Г.Хаматханова, писатель и публицист М.М.Картоев и многие другие. На встрече родилась идея о создании музея Ахмета Бокова и присвоении СОШ №19 его имени.

А.Х. БОКОВ всегда оставался удивительно скромным человеком, чей характер ничуть не испортили ни слава, ни широкая известность, ни всеобщее признание. И потому, пройдя большой жизненный путь и переступив порог вечности, он оставил о себе добрую память, которая теперь всегда будет согревать тех, кто знал его, кому дорого и близко его творчество. 
Родился будущий талантливый писатель 25 июня 1924 года. Для любознательного сельского мальчишки, тонко воспринимавшего красоты окружающего мира, казалось, не существовало никаких преград. Этот мир открывал для него много разных дорог и заманчивых перспектив, от которых захватывало дух. И Ахмету так хотелось вобрать в себя как можно больше новых открытий и знаний!
В конце 30-х годов прошлого столетия Ахмет Боков учится в Назрановском зооветеринарном техникуме и на рабфаке в городе Грозном. В родное село Сагопши, где он родился и откуда начался его жизненный путь, он вернулся осенью 1941 года в новом качестве. Шла война, и многие педагоги из школ в тогдашней Чечено-Ингушетии ушли на фронт. Семнадцатилетний Ахмет оказался в числе тех юношей и девушек, которые после окончания краткосрочных учительских курсов сменили их в школьных классах.
Между тем, линия фронта приближалась. Враг неудержимо рвался к нефтяным запасам Малгобека. Все жители города и близлежащих сел вышли на строительство оборонительных рубежей, чтобы помочь Красной Армии остановить опьяненного победами врага. За короткий срок на подступах к Малгобеку выросли мощные фортификационные сооружения. В их возведение внес свою лепту и А. Боков.
Это была трудная и опасная миссия. Люди работали, не щадя своих сил, сутками напролет. Нередко им приходилось укрываться от ударов вражеской авиации, прорывавшейся к их городу через линию фронта. Но когда под Малгобеком был навсегда похоронен победный дух гитлеровцев, так и не сумевших захватить юный город нефтяников, каждый из них мог по праву считать себя победителем.
Многие годы Ахмет Хамиевич Боков, активный сторонник идеи присвоения Малгобеку звания города-героя, собирал уникальные документы и свидетельства, способные восстановить историческую справедливость. Это во многом благодаря именно ему несколько лет назад Малгобеку было присвоено почетное звание Российской Федерации «Город воинской славы». К сожалению, произошло это, когда писателя уже не стало.
Ахмет Хамиевич ушел из жизни 2 апреля 2006 года. Спустя два дня после его смерти Президент России Владимир Путин подписал Указ о награждении А. X. Бокова орденом Дружбы за заслуги в области культуры и искусства...
В 1944 году Ахмет Боков, как и все его собратья-ингуши, был депортирован сталинским режимом из родных мест. Дальнейшее становление личности будущего писателя проходило в далеком Казахстане. Став в свое время студентом Казахского горно-металлургического института, он, несмотря на успехи в учебе, в какой-то момент понял, что с выбором ошибся. Непреодолимая тяга к искусству, всегда жившая в его сердце, заставила молодого А. Бокова покинуть институт и поступить в театральную студию. Так самым закономерным образом в его биографии появилась Алма-Атинская киноактерская школа. И хотя актерская стезя не была предназначена А.Х. Бокову его судьбой, годы учебы в киноактерской школе и обретенные там знания пригодились ему в последующей литературной работе. Об этом он не раз говорил сам.
Первые блестящие литературные опыты Ахмета Хамиевича относятся к периоду его пребывания в Казахстане. В 1957 году в газете "Казахстанская правда" увидел свет его рассказ "Буран", положивший начало большому творческому пути молодого писателя. Позднее в газетах Казахстана, Северной-Осетии и Чечено-Ингушетии были опубликованы его рассказы "Честь", "Бача и его жены", "Мой спутник", "Последняя ночь", "Однажды вечером". Каждое прозаическое произведение молодого автора, с самого начала установившего для себя высокую творческую планку, принималось читателем с неизменным успехом. "Бураном ингушской литературы" назвал его когда-то незабвенный и блистательный Идрис Базоркин…
В 1959 году Ахмет Боков пришел на работу в восстановленную после изгнания ингушскую газету "Сердало". Примерно с этого времени произведения писателя периодически публикуются в литературном альманахе Чечено-Ингушетии и в различных коллективных сборниках. А вот его собственный сборник прозаических произведений - "Райхант" - пришел к читателям в 1960 году. Это событие, ставшее настоящим подарком для почитателей таланта А. Бокова, не осталось незамеченным в культурной жизни республики. Но уже через каких-то семь лет на полках истинных ценителей высокой литературы появилась первая книга эпохального романа этого ингушского писателя "Сыновья Беки". Позже роман "Сыновья Беки", изданный в серии "Библиотека российского романа" ведущим советским издательством "Современник", привел А.Х. Бокова к всесоюзной славе.
70-е годы, принесшие Ахмету Хамиевичу широкую известность, ознаменовали собой новый период в творчестве писателя. С этого времени его литературные труды многотысячными тиражами выходят в свет в различных издательствах Советского Союза. "Роман-газета" публикует его роман "Багровые зори", а посвященный нефтяникам Малгобека роман А.Х. Бокова "Юрский горизонт" получает премию ВЦСПС и Союза писателей СССР, как лучшее произведение о рабочем классе. В числе многих наград Ахмета Хамиевича появляется орден "Знак Почета", как наивысшая государственная оценка его писательского труда. Рецензии на литературное творчество А. Бокова периодически выходят в журналах "Наш современник", "Дружба народов", "Литературное обозрение", "Дон", в газетах "Литературная Россия", "Труд" и целом ряде других изданий.
Относясь к так называемому второму поколению ингушских писателей, Ахмет Хамиевич в 1962 году оказался первым литератором восстановленной Чечено-Ингушетии, принятым в Союз писателей СССР. А в 1976 году он открыл еще один список, став первым обладателем высокого звания народного писателя ЧИАССР. 
Настоящим откровением стал для читателей роман Ахмета Хамиевича "Узкие ворота", увидевший свет в 1995 году. На сегодняшний день это первый в ингушской литературе опыт художественного осмысления лагерной темы. "Работая над романом "Узкие ворота", - говорил мне потом А.Х. Боков, - я ставил перед собой несколько целей. На мой взгляд, было необходимо отразить в романе особое "внимание" властей к ингушам и чеченцам в период их депортации из родных мест. В то время значительная часть вайнахов оказалась за колючей проволокой. Для того, чтобы отправить ингуша в лагерь, достаточно было самой незначительной причины. Там же, где послушному правосудию не хватало фактов, в ход шли клевета, доносы, подлоги. Мне хотелось показать также, в каких совершенно бесправных условиях находились в лагерях вайнахи. Многие ли, к примеру, знают, что весь камень, ушедший на строительство плотины Усть-Каменогорской ГЭС, был добыт вручную заключенными чеченцами и ингушами? В Восточной Сибири, в Иркутской области, в глубине тайги был даже специальный лагерь, где содержались одни вайнахи, занятые самой тяжелой работой на лесоповалах…»
Творчество Ахмета Хамиевича Бокова всегда будет оставаться востребованным, потому что в нем живет правда жизни. Свое вдохновение писатель черпал в любви к малой Родине, к отеческой земле, вскормившей его, к людям, которые неустанно украшали и лелеяли ее. На этой земле теперь есть аллея, которая носит имя прославленного писателя. Молодые деревья, посаженные участниками встречи, проходившей в сагопшинской средней школе №19, наберут силу и украсят собой мир. Тот мир, который отразили яркими красками школьники, принимавшие участие в конкурсе рисунков по произведениям Ахмета Бокова…


Ахмет ГАЗДИЕВ

среда, 21 мая 2014 г.

ХРАНИТЕЛЬ БОГАТСТВ ЗЕМНЫХ


Когда-то давно он избрал для себя, без преувеличения, сказочную профессию. Ну, какая, скажите на милость, уважающая себя сказка обходится без доброго лесничего, который живет в лесу и дружит со всеми его обитателями, спасая от пожаров и браконьеров деревья и приходя на выручку попавшим в беду зверятам?
Маленький Магомед тоже читал эти сказки. А еще ему беспрестанно снились полузабытые виденья - сказочно богатые леса древней Ингушетии, потерянного отчего края, о которых он узнавал больше по рассказам старших в далеком Казахстане. Магомеду ведь было всего десять лет, когда Сталин депортировал его народ. На земле, ставшей приютом для лишенных Родины ингушей, ему и довелось делать свои первые шаги во взрослую жизнь.

В БОЛЬШОЙ семье Чахкиевых на Магомеда возлагались особые надежды. Семья «врагов народа» с трудом сводила концы с концами в пору депортации, и как-то самой собой разумелось, что по окончании школы старший сын сразу пойдет работать. Но у нашего героя на этот счет были свои планы, о которых он до поры, до времени никому не говорил. Он страстно хотел продолжить учебу и уже твердо знал, куда отправится. Оставалось только дождаться нужного времени. И тот день, когда он совершит отчаянный поступок, чтобы приблизить свою мечту, однажды наступил, став прологом всей его дальнейшей судьбы.
В 1986 году советский журнал «Лесное хозяйство» напишет о нем, как о человеке, который посвятил свою жизнь служению лесу, такие слова: «Он родился в простой ингушской семье в селе Насыр-Корт. Испокон века его предки занимались сельским хозяйством. Здесь, в предгорьях Чечено-Ингушетии, всегда умели ценить каждый клочок пригодной для земледелия каменистой почвы, беречь лес. Уже в детстве приучили Магомеда по-хозяйски относиться к каждому дереву, особенно к буку и грабу, накрепко внушили, что для хозяйских нужд можно использовать лещину, осину. Советы старших запали в душу будущего лесовода навсегда».
Тогда, в 1952 году, он стоял на пороге большой и яркой жизни. И первый его шаг был решительным и смелым.
- Окончив школу, я в один из прекрасных дней прихватил с собой документы и сбежал из дома, - вспоминает Магомед Идрисович. – Мой путь лежал в Талгирский сельскохозяйственный техникум. Отец, конечно, был в гневе. Но к моему возвращению домой после успешно сданных вступительных экзаменов наша добрая и терпеливая мама уже смогла как-то успокоить его, и он разрешил мне учиться.
Учеба на факультете лесного хозяйства полностью захватила парня. Вместе с ним здесь на разных курсах и факультетах учились несколько вайнахов. Ингуши и чеченцы в ту пору обостренно чувствовали свое единство и поддерживали друг друга. Нередко горстке вайнахов, студентов техникума, приходилось и на кулаках отстаивать свою честь и место под солнцем – находились желающие затронуть их, бросить в спину оскорбительное слово «предатель». Большей частью это были те целинники, что приехали в Казахстан в поисках новой жизни со всех концов страны, оказавшись по разным причинам не в ладах с законом. После одного из таких столкновений с доморощенными «авторитетами» Магомеда даже едва не отчислили из техникума. Каким-то чудом он все же смог продолжить свою учебу дальше.
Позже эта история с грозившим Магомеду Чахкиеву отчислением имела продолжение уже в другом ключе. К тому времени он, выпускник Талгирского сельскохозяйственного техникума, работал инспектором по охране леса в Тау-Чиликском лесхозе Алма-Атинской области, и его имя гремело на всю область в числе имен лучших представителей труда. Однажды в этот лесхоз приехал заместитель директора техникума, командированный сюда за строительным лесом – руководство учебного заведения решило начать строительство общежития для студентов. Магомед узнал об этом случайно и пришел на помощь как раз в тот момент, когда он собирался отправляться восвояси несолоно хлебавши. Совсем скоро после этой встречи техникум торжественно открыл новое общежитие, построенное из леса, полученного благодаря  Чахкиеву. Директор потом не раз говорил Магомеду при встрече: «Как хорошо, что мы тогда не отчислили тебя!»
Жизнь не стояла на месте. В 1959 году Магомед Чахкиев, проработав в Тау-Чиликском лесхозе три года, уехал на Родину, в восстановленную Чечено-Ингушетию. Предстоящая встреча с Родиной наполняла его сердце счастьем, но все же свой лесхоз, где прошли годы его становления, где он, совсем еще молодой парень, снискал себе уважение опытнейших лесоводов, разглядевших в нем надежную хватку, Магомед покидал с некоторой грустью. Непросто было настоящему горцу расставаться и с верным четвероногим другом Орликом, в седле которого он провел ни одну бессонную ночь, охраняя лесные угодья, спасая их от браконьерской вырубки и пожаров.
На родную землю, истосковавшуюся по хозяйским рукам, Магомед Чахкиев вернулся исполненным стремления посвятить каждый свой день полезным делам. И потому он сразу начал наводить порядок в Аргунском лесничестве, ставшем на три предстоящих года его вотчиной. Успехи молодого энергичного лесничего не остались незамеченными. В 1962 году он возглавил Веденский лесхоз. Здесь наиболее ярко проявились его ответственность, напористость и организаторские таланты. Приняв запущенный лесхоз, Магомед Идрисович буквально в считанные месяцы вывел его в число передовых. Это стоило, конечно, больших усилий – молодому директору пришлось не просто работать день и ночь, но и постоянно преодолевать негласное сопротивление людей, не привыкших трудиться как следует. Но все усилия были потрачены не зря. Веденский лесхоз под руководством Чахкиева впервые за всю историю своего существования стал обладателем переходящего Красного знамени Министерства лесного хозяйства РСФСР – оценка по тем временам высочайшая.
В ноябре 1963 года в жизни Магомеда Идрисовича начался новый этап – его перевели директором Грозненского мехлесхоза. Этот сложнейший участок поручили ему не случайно. Мехлесхоз тоже не мог похвастаться высокими производственными показателями. Заканчивался год и ему вновь грозило невыполнение плана. Чахкиев взялся за дело с присущей ему решительностью и в результате завершил год с победными цифрами. Это была невероятная победа, и Магомед Идрисович мог по праву гордиться собой. Но он всегда был лишен самолюбования и на этот раз тоже не собирался почивать на лаврах  – впереди предстояло еще много работы, к которой он был готов.
Вскоре об успехах Грозненского мехлесхоза узнала вся страна. Здесь получило постоянную прописку переходящее Красное знамя министерства лесной промышленности, а Чахкиев продолжал неустанно наращивать обороты. Он строил жилье, детские сады, новые производственные помещения и конторы лесничеств. Эта его героическая трудовая эпопея длинною в десять лет полна свершений и ярких побед. В этот же период Магомед Идрисович с отличием окончил лесохозяйственный факультет Новочеркасского инженерно-мелиоративного института. Ему предложили остаться на кафедре и заняться научной деятельностью. Но Чахкиев, давно и бесповоротно плененный лесом, не мыслил свою жизнь без его чарующих запахов, без звонкого пенья птиц под зелеными сводами, без живого труда во благо родной земли. И потому он ни о чем не жалея отказался от блестящей научной карьеры, предпочтя ей полюбившуюся работу, к которой прикипел всем сердцем.
Очередной поворотной вехой в трудовой биографии М.И.Чахкиева стал 1973  год, когда его избрали председателем образованного в Чечено-Ингушетии республиканского производственного объединения «Межхозлес». В состав этого объединения вошли девять лесхозов с общим лесным фондом почти в 120 тысяч гектаров. Лесное хозяйство республики под началом Магомеда Идрисовича стало переживать стремительный взлет. Он создал четыре питомника – в Серноводске, в Гедермесском, Наурском и Шелковском районах, - где выращивался посадочный материал ценнейших пород, привезенный сюда из разных концов СССР, и бесплатно распространялся по республике. В этом Чахкиев стал первым не только на Северном Кавказе - такого впечатляющего результата не смог достичь ни один лесовод страны. Каждый его лесопитомник занимал площадь в 25 гектаров, и все вместе они представляли собой мощнейшую базу по воспроизводству леса.
К несомненным заслугам Магомеда Идрисовича того периода можно отнести и спасенные им от хищнической вырубки леса предгорной и горной зоны Чечено-Ингушетии. В результате проведенных им масштабных мероприятий по лесоустройству ушли в прошлое безответственность и бесхозяйственность, а на смену им пришло разумное и рациональное лесопользование.
В условиях хозрасчета М.И.Чахкиев открывал под эгидой производственного объединения «Межхозлес» все новые и новые производства, заключал договоры на поставку готовой продукции и древесины с другими регионами страны. Лесное хозяйство Чечено-Ингушетии стало прибыльным, принося в казну республики огромные доходы. На полную мощь заработали больше десятка созданных Чахкиевым дереобрабатывающих цехов, где выпускалась продукция 50-ти наименований.
Лесоводы трудились над предотвращением повреждений различных сельскохозяйственных угодий республики, высаживая леса и лесополосы, выполнявшие защитные функции. Объединение занималось заготовкой меда, выращиванием овец, развитием нутриеводческого хозяйства, строило теплицы для выращивания овощей. Объемы продукции агропромышленного комплекса и товаров народного потребления, выпускаемые объединением, росли из года в год, а грудь Магомеда Идрисовича тем временем одна за другой украсили высокие правительственные награды. Среди них - орден Трудового Красного Знамени, медали за доблестный и самоотверженный труд, нагрудный знак «За долголетнюю и безупречную службу в государственной лесной охране СССР». М.И.Чахкиев был также удостоен почетного звания заслуженного лесовода РСФСР.
С образованием Республики Ингушетия в 1993 году Магомед Идрисович возглавил Управление лесного хозяйства республики. Позже управление переименовали в Государственный комитет лесного хозяйства РИ. Это был не менее плодотворный этап жизни прославленного лесовода. Но, к сожалению, не все его грандиозные замыслы той поры ему удалось реализовать.
Один из таких проектов был связан с защитой уникальных природных богатств горного Джейрахского района Ингушетия. Ценнейшие Джейрахские леса горели тогда, горят они и сейчас. Профессионал своего дела, Магомед Идрисович Чахкиев не мог оставаться безучастным к этой проблеме. Он пробил через Москву все вопросы, связанные с созданием в Ингушетии за счет федеральных бюджетных средств специализированной пожарно-химической станции второго типа. Убедить в ее необходимости высокое московское начальство было нелегко, но он не пожалел на это силы, в течении двух лет добиваясь положительного результата.  Дело стоило того – пожарно-химическая служба имела бы в своем распоряжении два пожарных вертолета и десять единиц специальной техники. Лесной пожар любой сложности она могла бы ликвидировать за считанные часы, если не минуты. Да и кроме того, сорок новых рабочих мест появилось бы в Ингушетии. Уже начались поиски места для строительства пожарного водоема, но дальше этого проект так и не продвинулся, оказавшись похороненным под гнетом равнодушия местных властей.
Другой проект М.И.Чахкиева мог бы принести Ингушетии, переживающей сложный период становления, солидную экономическую выгоду. Республика обладала несметными богатствами – тремя миллионами кубометров 180-летнего бука, расположенного в недоступном для техники ущелье. Достигнув такого возраста, бук начинает медленно погибать, гнить на корню, одолеваемый лесными вредителями. Для того, чтобы спасти от гибели ценнейшую древесину и рачительно распорядиться ею, Магомед Идрисович нашел солидных инвесторов, владеющих шестью десятками современных мебельных фабрик по всему миру. Такое же производство они должны были построить в Ингушетии, в Мужичах и в Оржоникидзевской, взяв на себя подготовку местных специалистов, всю разработку сырья и развитие связанной с этим инфраструктуры. В течение десяти лет половина выручки от реализованной продукции оставалась бы в Ингушетии, а затем к ней полностью переходили все активы. Объем финансовых средств можно примерно представить себе, если знать, что комплект мебели из такого бука стоит на мировом рынке 116 тысяч долларов.
Фабрика, построенная в Ингушетии в 1994 году, с учетом имеющихся запасов сырья успешно работала бы до сих пор. Но… она не была построена. Бук, аналогов которому нет в мире, так и продолжает гибнуть, сгнив уже на полтора метра от земли. Наученный когда-то ценить каждую щепку, Магомед Идрисович рассказывает об этом сегодня с горечью и болью. Ведь при грамотных действиях этот лесной массив можно было бы с выгодно использовать и быстро восстановить…
В 1996 году рачительный хозяин леса ушел на пенсию. Но от дел он не отошел – еще не раз опыт М.И.Чахкиева был востребован. В разные годы он работал главным специалистом и консультантом комитета природных ресурсов по Республике Ингушетия. В 2003 году началась его депутатская деятельность в Народном Собрании республики. Парламентарии избрали Магомеда Идрисовича председателем постоянной комиссии НС РИ по аграрной политике, природопользованию и охране окружающей среды. Впереди у него было много важных и полезных для народа дел. Дела и благородные начинания народного избранника получили достойную оценку. В 2006 году указом президента РИ за заслуги в области экономики и многолетний добросовестный труд М.И.Чахкиеву было присвоено почетное звание заслуженного экономиста Республики Ингушетия.
С этим замечательным человеком я встретился накануне его 80-летнего юбилея. Несмотря на свой солидный уже возраст, Магомед Идрисович сохранил и молодецкую стать джигита, и умение радоваться жизни. Конечно, он уже наведывается время от времени на прием к своему врачу, но за порогом врачебного кабинета никто и не скажет, что ему вот-вот исполнится восемь десятков лет. Высокий, подтянутый, внимательный к собеседнику, он и сегодня не перестал мыслить по-государственному. И нужно поднапрячься, чтобы в разговоре поспевать за его экономическими выкладками.
Говорят, что любовь к природе – это светлое и благородное чувство. Оно свойственно только тем, кто обладает необъятной широтой души и живым, незамутненным современной цивилизацией умом.
Наверное, совсем не зря М.И.Чахкиев отдал лесу всю свою жизнь. В благодарность за это лес подарил ему собственную жизненную силу и стойкость. Потому и стоит он крепко на этой земле, принося радость окружающим, своим родным и близким.
Пусть же эта радость продлится еще на многие годы.

Ахмет ГАЗДИЕВ
На снимке: Магомед Идрисович Чахкиев. 80-е годы прошлого века

«TRAIN THE TRAINERS»: ЖУРНАЛИСТЫ ОБРЕТАЮТ НОВЫЕ НАВЫКИ


В курортной столице России городе Сочи под эгидой Союза журналистов России и Союза журналистов Норвегии прошел обучающий семинар «Train the Trainers» («Тренинг для тренеров»). В семинаре принимали участие активисты Союзов журналистов из Ингушетии, Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии, Татарстана и Воронежской области.



ПРИЕХАВШИЕ в Сочи журналисты были размещены в Гранд Отеле «Жемчужина», в «Пальмовом зале» которого они и встретились на следующий день для знакомства, обретения новых навыков, и конечно, общения и обмена опытом. Представители одного творческого цеха с интересом отнеслись друг к другу, благо, что каждому было чем поделиться с коллегами.
Лия Загидуллина, начальник службы национального вещания ГТРК «Татарстан»  впервые появилась в телевизионном эфире 50 лет назад. Она заслуженная артистка России и народная артистка Татарстана. Венера Якупова возглавляет редакционный коллектив популярной в Татарстане газеты «Казанские ведомости». Лариса Николаева и Фатима Хубиева работают в главной газете Карачаево-Черкесии «День республики», а Анна Романовская и Эллеонора Маремукова - в Госкомпечати Кабардино-Балкарии. Софья Хотина, директор Воронежского Дома журналистов приехала на семинар вместе со своей коллегой Александрой Высоцкой. Нашу республику в Сочи представляли журналисты Ахмет Газдиев (общенациональная газета «Сердало») и Борис Гиреев (республиканская газета «Ингушетия»).
 Надо отметить, что семинар в Сочи стал последним в многолетнем совместном проекте Союза журналистов России и Союза журналистов Норвегии. В течение ряда лет секретарь СЖР Надежда Ажгихина и представители СЖ Норвегии Трине Смиструп и Эва Стабелл делились с коллегами опытом по созданию модели собственного семинара для журналистов.
В ходе предварительных практических занятий участники сочинского тренинга рассмотрели структуру типового семинара, изучили стили и методы работы над целями предполагаемого семинара и их составляющими, получили рекомендации по определению аудитории и адресных групп, развитию индивидуальных идей и т.д. Затем каждому участнику была предоставлена возможность самостоятельно поработать над моделью собственного семинара по какой-либо конкретной теме, а затем выступить с защитой своего проекта перед группой.
Обучающий семинар «Train the Trainers» кроме своей основной цели, которая была успешно достигнута, стал великолепной площадкой для общения журналистов, работающих в разных регионах Российской Федерации, развития профессиональных контактов между коллегами и зарождения совместных творческих проектов.













На снимках: Трине Смиструп (Дания) ведет практические занятия в своей группе;
рабочие моменты тренинга.

Асият ТУТАЕВА. ВЛЮБЛЕННАЯ В ЖИЗНЬ

В стенах 1-го Ленинградского медицинского института бережно хранят память о своих питомцах, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественн...